О практике применения актов, регламентирующих международную дорожную перевозку грузов, в деятельности Международного арбитражного суда при БелТПП

Согласно части второй ст. 4 Закона Республики Беларусь от 9 июля 1999 года N 279-З «О международном арбитражном (третейском) суде» по соглашению сторон, если местонахождение или местожительство хотя бы одной из них находится за границей Республики Беларусь, в международный арбитражный суд могут передаваться споры, возникающие при осуществлении внешнеторговых и иных видов международных экономических связей, иные споры экономического характера.

К числу споров гражданско-правового характера относятся споры, связанные с перевозкой грузов автомобильным транспортом.

Как правило, при организации и выполнении международных автомобильных перевозок грузов стороны руководствуются положениями Конвенции о договоре международной дорожной перевозки грузов (КДПГ) 1956 года, Таможенной конвенции о международной перевозке с применением книжки МДП 1975 года, Европейского соглашения о международной дорожной перевозке опасных грузов (ДОПОГ) от 30 сентября 1957 года, а также нормами национального законодательства.

Большое практическое значение имеет то обстоятельство, что применение КДПГ не зависит от местожительства и национальности сторон договора международной дорожной перевозки грузов.

Например, к отношениям сторон указанного договора, являющихся субъектами Республики Беларусь, КДПГ применяется при условии, что место принятия к перевозке груза и место, предусмотренное для его сдачи, находятся на территории двух различных стран (п. 1 ст. 1 КДПГ).

Следует отметить, что КДПГ устанавливает специальное правило в отношении разрешения споров в области международной дорожной перевозки грузов арбитражными (третейскими) судами.

Так, согласно ст. 33 КДПГ договор перевозки может содержать статью (если статья предусматривает, что арбитражный трибунал должен применять постановления КДПГ), которой признается компетенция арбитражного трибунала.

Что же касается применения национального права, то при заключении договора международной дорожной перевозки грузов стороны могут по соглашению между собой избрать право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по договору.

При отсутствии такого соглашения в силу п. 1 ст. 1125 ГК к договору перевозки применяется право страны, где имеет основное место деятельности сторона-перевозчик.

Ниже приведено решение, иллюстрирующее рассмотрение Международным арбитражным судом при БелТПП данной категории дел.

Позиция истца

Спор между истцом — обществом с ограниченной ответственностью «А» (Украина) и ответчиком — иностранным частным унитарным транспортно-экспедиционным предприятием «Б» (Республика Беларусь) возник из заключенного ими договора на оказание услуг по перевозке грузов автомобильным транспортом (далее — договор).

Во исполнение предусмотренных договором обязательств ответчик перевез для истца автомобили по CMR-накладным N 1 и 2 от 9 января 2006 г.

При получении груза было выявлено повреждение пяти автомобилей марки «Фольксваген», о чем сделана отметка в накладных.

Повреждение возникло в результате дорожно-транспортного происшествия, случившегося по вине ответчика.

После приемки груза приглашенный истцом специалист по оценке автотранспортных средств составил заключения автотранспортной экспертизы отдельно по каждому из пяти автомобилей.

После составления заключений автотранспортной экспертизы истец отремонтировал поврежденные транспортные средства.

Согласно условиям договора к отношениям сторон применяются положения КДПГ и законодательство Республики Беларусь.

В заявлении, основываясь на положениях ст. 23 и 25 КДПГ, истец указал, что в связи с неправомерными действиями ответчика он понес следующие расходы:

  • материальный ущерб, включая утрату товарного вида транспортных средств;
  • таможенные сборы и пошлины в пропорции, соответствующей размеру ущерба;
  • стоимость перевозки в пропорции, соответствующей размеру ущерба;
  • стоимость утерянных (сломанных) частей автомобиля;
  • затраты на проведение автотранспортной экспертизы.

Размер материального ущерба был определен истцом на основании указанных выше заключений автотранспортной экспертизы и счетов дилерской автомастерской на оплату ремонта поврежденных автомобилей.

Кроме того, с ответчика истец просил взыскать понесенные необходимые расходы на оплату услуг адвоката и уплату арбитражного сбора.

Позиция ответчика

Ответчик в отзыве на исковое заявление, признавая факт причинения ущерба, с заявленными в иске требованиями не согласился. Относительно размера ущерба указал, что размер ущерба за повреждение груза должен определяться на основании п. 1 ст. 25 КДПГ в размере суммы обесценивания стоимости груза.

Проанализировав представленные истцом счета на оплату ремонта поврежденных автомобилей, представитель ответчика признал подлежащей частичному возмещению стоимость восстановительного ремонта, поскольку полагал необоснованным включение в счета ряда рабочих позиций, указанных повторно, и завышение стоимости ремонтных работ.

Представитель ответчика признал обоснованным и требование о взыскании стоимости сломанных (утерянных) запчастей автомобилей.

В отношении расходов, связанных с защитой интересов истца через представителя, ответчик указал, что заявленная истцом сумма не соответствует требованиям разумности, содержащимся в ст. 59 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП, утвержденного Президиумом Международного арбитражного суда при БелТПП от 17 марта 2011 г.

В удовлетворении требований о взыскании таможенных сборов и пошлин ответчик просил отказать.

С учетом возражений ответчика истец уменьшил размер исковых требований в части взыскания материального ущерба, суммы таможенных сборов и пошлин, суммы стоимости перевозки в пропорции, соответствующей размеру ущерба, а требование относительно утраты товарной стоимости исключил из исковых требований. Требования о взыскании стоимости утерянных (сломанных) частей автомобилей, расходов, связанных с проведением автотранспортной экспертизы, а также с защитой интересов истца через представителя, остались в прежнем размере.

Оценка спора составом суда

Суд указал, что факт доставки в рамках договора поврежденного груза подтверждается представленными сторонами товарно-транспортными документами и признан ответчиком.

Пункт 1 ст. 17 КДПГ устанавливает, что перевозчик несет ответственность за полную или частичную утрату груза или за его повреждение в промежуток времени между принятием груза к перевозке и его сдачей, а также за опоздание доставки.

КДПГ различает правила определения размера ущерба за повреждение груза (ст. 25), при полной и при частичной утрате груза (ст. 23). В силу п. 1 ст. 25 КДПГ в случае повреждения груза перевозчик уплачивает сумму, соответствующую обесцениванию груза. Такая сумма рассчитывается по стоимости груза, установленной согласно требованиям п. 1, 2, 4 ст. 23 КДПГ.

Поскольку сторонами не согласована сумма обесценивания груза и правила требования о взыскании материального ущерба, причиненного повреждением груза, в КДПГ отсутствуют, суд счел применимыми нормы п. 2 ст. 14 ГК.

В основу решения в части размера понесенных истцом убытков положены счета дилерской автомастерской на оплату восстановительного ремонта с учетом обоснованных возражений ответчика, признанных истцом. Кроме того, было удовлетворено требование о взыскании с ответчика стоимости утерянных (сломанных) частей автомобиля.

В решении суд указал, что ст. 23 КДПГ применяется к правоотношениям по спору в части определения стоимости груза, которая устанавливается на основании стоимости груза в месте и во время принятия его для перевозки либо на основании биржевой котировки, а при ее отсутствии — на основании текущей рыночной цены или обычной стоимости товара такого же рода и качества (п. 2 ст. 23 КДПГ). В стоимость груза включается плата за перевозку, таможенные сборы и пошлины и прочие расходы, связанные с перевозкой груза (п. 4 ст. 23 КДПГ).

Исходя из изложенного, суд пришел к выводу, что требования истца в части отдельного взыскания таможенных сборов и сумм стоимости перевозки в пропорциях, соответствующих размеру ущерба, необоснованны.

Кроме того, истцу было отказано в требовании о взыскании с ответчика связанных с проведением автотранспортной экспертизы расходов, т.к. они не относятся к ущербу, подлежащему возмещению в связи с перевозкой груза (п. 4 ст. 23 КДПГ).

Требование истца о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг адвоката было удовлетворено частично.

Анализ решения

1. Прежде всего необходимо обратить внимание на то, что истец в обоснование своих исковых требований некорректно сослался на ст. 25 КДПГ. Указанная статья действительно применяется для случаев повреждения груза. Однако в ситуации, когда груз поврежден и истцу причинены убытки, даже если на отношения сторон распространяется КДПГ, возможно применение норм национального права, регламентирующего возмещение убытков.

Последнее основывается на том, что ст. 25 КДПГ в качестве принципа возмещения потерпевшей стороне убытков указывает на обесценивание груза.

Под обесцениванием же груза понимаются не затраты, которые произвела потерпевшая сторона для восстановления груза (товара) и придания ему первоначального вида, а то, насколько уменьшилась стоимость груза (товара) в связи с повреждением без какого-либо приведения этого груза (товара) в вид, соответствующий первоначальному.

Таким образом, если следовать правилам ст. 25 КДПГ, то истцу необходимо было провести экспертизу обесценивания перевозившегося груза и на основе данных экспертного заключения потребовать возмещения от ответчика (грузоперевозчика) убытков.

Истец же восстановил груз и придал ему первоначальный товарный вид, поэтому правовая основа требований истца не положения ст. 25 КДПГ, а ст. 14 ГК и иные нормы, регламентирующие порядок возмещения убытков.

Учитывая, что истец ссылался не только на ст. 25 КДПГ, но и на нормы гражданского права Республики Беларусь, регламентирующие возмещение убытков, состав суда мог пренебречь тем обстоятельством, что правовое обоснование требований истца не совсем корректно, и рассматривать их, исходя из существа спора.

2. При определении размера убытков суд, по нашему мнению, правильно учел возражения ответчика (с которыми согласился истец) о том, что ряд произведенных истцом расходов не обоснован. Речь идет о работах, которые были оплачены истцом, но при этом не соответствовали указанным в каталоге концерна «Фольксваген».

Учитывая, что требования концерна «Фольксваген» к сертифицированным мастерским и видам выполняемых ими работ едины для всей Восточной Европы, излишне включенные мастерской виды работ не должны оплачиваться грузоперевозчиком. Истец вправе взыскать стоимость данных работ с выполнявшей их мастерской.

3. Относительно требования о возмещении товарного вида еще раз отмечаем, что у истца было право взыскать возмещение на основании либо ст. 25 КДПГ либо ст. 14 ГК.

Одновременное взыскание возмещения по двум основаниям приведет, по нашему мнению, к неосновательному обогащению истца. Следовательно, истец правомерно отказался от своего требования о возмещении товарного вида груза (т.е. возмещения товарного вида можно требовать в случае, если товар (груз) не восстанавливался).

4. Относительно требования о взыскании таможенных сборов, пошлин и стоимости перевозки в пропорции к размеру ущерба необходимо указать следующее.

Как отмечалось ранее, ст. 25 КДПГ устанавливает особые правила определения размера ущерба в связи с повреждением груза. При этом данная статья содержит отсылочную норму о применении п. 4 ст. 23 КДПГ, предусматривающего возмещение таможенных сборов, пошлин и стоимости перевозки в пропорции к размеру ущерба.

Иными словами, в ст. 25 КДПГ речь идет не о прямом взыскании таможенной стоимости, пошлин, расходов на перевозку в пропорции, соответствующей размеру ущерба, а исключительно о том, что размер таможенной стоимости, пошлин и расходы на перевозку должны включаться в стоимость груза, исходя из которой и определяется размер обесценивания.

Последний вывод основывается не только на буквальном толковании положений ст. 25 КДПГ, но и на правовой природе и сути отношений с учетом того обстоятельства, что в случае если груз поврежден, но все-таки доставлен, то отсутствует смысл в его повторной перевозке и повторной уплате провозной платы и таможенных сборов.

5. Представляется, что требование о взыскании расходов, связанных с проведением автотранспортной экспертизы, подлежало бы удовлетворению, если бы оно было основано на ст. 14 ГК, а не на п. 4 ст. 23 КДПГ. Неверное правовое обоснование привело к отказу в удовлетворении требования.

6. Регламентом Международного арбитражного суда при БелТПП установлены правила возмещения издержек, возникших в связи с арбитражным разбирательством.

Согласно ч. 1 ст. 60 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП сторона, в пользу которой вынесено решение, может также требовать возложения на другую сторону понесенных ею разумных издержек, в частности расходов, связанных с защитой своих интересов через представителей.

При этом п. 3 ст. 59 Регламента Международного арбитражного суда при БелТПП суду предоставляет право полностью или частично отказать в возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела.

Таким образом, разрешая требование истца о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг адвоката, суд оценивает размер расходов с точки зрения разумности. В качестве критериев оценки могут выступать, например, сложность дела или соотношение между размером заявленных исковых требований и размером расходов на оплату услуг адвоката.

Рекомендации

При оценке ущерба, связанного с перевозкой груза, возможны различные способы правовой защиты, основанные как на положениях КДПГ, так и на нормах применимого национального права.

Субъекты должны точно знать положения КДПГ, отличающие ее нормы от норм национального законодательства, регулирующих соответствующие отношения, и применять при необходимости те или иные нормы в зависимости от фактических обстоятельств дела и позиции субъекта.

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.